На главную страницу

К рубрикатору «Эссе и статьи Переслегина»

Сменить цвет

Выход (FAQ и настройки цвета)


С.Б. Переслегин

О соотношении гуманитарного и естественнонаучного познания в междисциплинарных исследованиях.

Содержание.

Введение

I. Воздействие естественнонаучного знания на сферу гуманитарных наук.

II. Воздействие гуманитарного знания на сферу естественных наук.

Введение

В связи с продолжающимся дроблением научного знания, междисциплинарные исследования приобрели особую актуальность. Сегодня они - едва ли не единственная возможность создавать научную информацию, обладающую интегрирующими свойствами и способную оказывать измеримое воздействие на социосистемы. Со стратегической точки зрения наиболее перспективными представляются исследования, объединяющие дисциплины, максимально разнородные по предмету и методологии, по доминирующим механизмам познания. Прежде всего, речь должна идти о синтезе естественнонаучного и гуманитарного подходов.

Основной трудностью на этом пути является отсутствие внятного механизма междисциплинарного взаимодействия. На практике вместо такого механизма используются некие "общие соображения" (причем, в каждом конкретном случае - свои). Альтернативный подход состоит в создании абстрактных деклараций, странных по форме и неочевидных по содержанию. Примером подобного документа может служить "хартия междисциплинарности".

Целью настоящей статьи является описание основных принципов взаимодействия естественнонаучного и гуманитарного познания.

I. Воздействие естественнонаучного знания на сферу гуманитарных наук.

"Междисциплинарные" задачи.

Правильная организация междисциплинарного взаимодействия представляет собой управленческую и, отчасти, научную проблему, но ни в коей мере не относится к компетенции дипломатии или конфликтологии. Иными словами, такое взаимодействие не предполагает паритета естественнонаучного и гуманитарного знания.

На сегодняшний день в задачах, ориентированных на некий синтез естественнонаучного и гуманитарного подходов, первый должен пользоваться безусловным и абсолютным приоритетом.

Презумпция приоритета естественнонаучного знания в междисциплинарных исследованиях вытекает из лучшей разработанности естественных наук как в фактологическом, так и в методологическом плане. Сегодня гуманитарные науки являются недостаточно развитыми. Так, например, они практически не способны порождать высокие технологии, хотя предмет их исследований предполагает желательность выхода на технологический уровень1.

Гуманитарное знание носит преимущественно описательный характер и использует, скорее, индуктивный, нежели дедуктивный подход. Это накладывает принципиальные ограничения на уровень теоретического осмысления: гуманитарные научные теории, как правило, относятся к классу феноменологических; очень редко приходится сталкиваться с гуманитарной системной феноменологией2. В естественных науках соответствующие стадии были пройдены не позднее последней четверти XIX столетия. Таким образом, мы должны говорить о структурном отставании гуманитарных наук от естественных на срок порядка 100 - 150 лет.

Само собой разумеется, что это отставание никоим образом не может быть поставлено в виду ученым-гуманитариям, равно как и в заслугу естественникам. Причинами опережающего развития естественных наук являются: Последняя причина должна считаться основной. В течение XIX - XX веков естественные науки с их "встроенной" технологичностью имели безусловный социальный приоритет. Хотя, в связи с потерей технологического баланса3 ситуация начинает меняться, механизмы юридической, а, следовательно, и экономической защиты гуманитарных исследований не инсталлированы в обществе до сих пор. (Применить к гуманитарным технологиям, например, к техникам НЛП, классическое патентное право, очевидно, не представляется возможным).

Отставание гуманитарных наук от естественных имеет ту положительную сторону, что значительный массив накопленных естественнонаучных знаний может быть без особого труда использован в гуманитарных исследованиях. Основной трудностью на этом пути является преодоление убеждения гуманитариев относительно некой "особой специфики" их предмета изучения4.

Вырисовывается следующая группа "междисциплинарных задач":

Естественнонаучные границы.

Первым важным шагом на этом пути может стать описание естественнонаучных границ гуманитарных исследований. Речь идет о проверке соответствия полученных гуманитариями результатов и надежно установленных естественниками законов природы5

Рассмотрим простейшие случаи применения "правил запрета".

Современная физика не может "запретить" телепатическую передачу информации. Существует электрослабое взаимодействие, проявлениями которого служат, в частности, электрические и магнитные поля, ничто не мешает этому полю переносить "телепатическую информацию". Физику неясно, каким образом человеческий организм может ее кодировать и детектировать, но этот вопрос и не входит в его компетенцию. Во всяком случае, законам природы телепатия не противоречит.

Напротив, в большинстве публикаций по проблеме телекинеза авторы нарушают закон сохранения импульса. Если же потребовать выполнения этого фундаментального закона, окажется, что "телекинетическое взаимодействие" может быть легко измерено приборами. Такие опыты непрерывно проводятся и неизменно дают отрицательный результат. Дело в том, что человек, способный передавать импульс макроскопическому предмету (скажем, за счет обмена квантами того же электрослабого взаимодействия), будет, естественно, воздействовать и на микрочастицы. То есть, одним случайным взглядом он нарушит сведение лучей в цветных кинескопах и выведет из строя компьютеры, настройка чувствительного зеркального гальванометра должна сбиваться в его присутствии.

Таким образом, всякие работы по телекинезу должны быть отвергнуты либо как нарушающие один из фундаментальных законов природы, либо как противоречащие надежно установленным опытным данным.

Аналогично, должны быть "запрещены" гуманитарные исследования, содержание которых подразумевает отказ от постулатов термодинамики или принципа релятивистской инвариантности6.

Наконец, должен соблюдаться принцип "школьной грамотности": ученый-гуманитарий должен разбираться в естественнонаучной картине мира хотя бы на уровне средней школы. Во всяком случае, если интересы этого гуманитария лежат в области междисциплинарных исследований. Огорчительно читать у такого умного и тонкого философа и социолога, как Станислав Лем, об "изменении постоянной Больцмана"7. Здесь необходимо отметить, что гуманитарии, как правило, совершенно не разбираются ни в теории вероятности, ни в прагматически гораздо более необходимой им математической статистике. В связи с этим значительный объем экспериментального материала по социологии и психологии не стоит той бумаги, на которой он напечатан8.

Естественнонаучная методология.

Следующим шагом, направленным на достижение подлинной междисциплинарности, должно стать знакомство гуманитариев с естественнонаучными методологиями.

Классический естественнонаучный подход к исследованию мира сложился в течение 14 - 18 веков и связан с именами У.Оккама, Ф.Бэкона, Г.Галилея, И.Ньютона. Этот подход, прежде всего, настаивает на материальности "мира, изучаемого научными методами". (По И.Ньютону: "Вездесущие Божие влияния на движение небесных тел не оказывает"). Далее постулируется единство самого мира и законов, описывающих его развитие9.

Классическая естественнонаучная методология настаивает на "аквариумной" картине мира - однородное и изотропное пространство, однородное время, измеряемое через повторяющиеся события, постулат причинности, согласно которому будущее не может оказывать влияние на прошлое. Хотя сейчас взгляды физики на пространство и время стали значительно шире, эта модель остается базисной, и все более сложные мыслеконструкции создаются как отклонения от нее.

Важную роль в современной физической картине мира играет антропный принцип, согласно которому параметры Вселенной выбраны таким образом, чтобы обеспечить существование наблюдателя (то есть, жизни в той форме, в которой она известна нам). Данный принцип допускает прямое и непосредственное обобщение на ряд гуманитарных наук и, в частности, на теоретическую историю.

Естественные науки создавались в рамках эмпирического подхода, что подразумевает опытный характер естественнонаучного знания, наличие механизма измерения (сравнения с эталоном) и измеримость подавляющего большинства величин, носящих в данной науке структурообразующий характер10, представление о погрешности измерения и статистическом характере любых экспериментальных материалов.

Понятие измеримости настоятельно требует введения систем отсчета11 (в том числе - понятийных), которые накладывают ограничения на процесс измерения. Поскольку такие системы вводятся субъективно и подчиняются, прежде всего, соображениям удобства пользователя, законы природы должны быть инвариантны относительно преобразований от одних систем отсчета к другим.

Не будет преувеличением сказать, что вся современная наука есть результат обобщения этого фундаментального принципа (принципа относительности). Он был сформулирован Галилеем и Ньютоном для законов механики и инерциальных систем отсчета, обобщен Эйнштейном на физические законы и ускоренные системы отсчета. В науке XX столетия принцип относительности принял форму постулата о калибровочной инвариантности законов природы.

В настоящее время принцип относительности сформулирован в наиболее общей форме. Согласно этому аксиологическому постулату результат любого исследования не должен зависеть от аксиоматики, принятой исследователем, то есть этот результат должен допускать переформулирование в терминах произвольной концептуальной системы.

Естественнонаучная методология складывается как результат диалектического взаимодействия двух противоположных подходов. Индуктивное познание является сугубо эмпирическим и выстраивает науку через последовательное обобщение опытных фактов. Дедуктивный метод опирается на ряд основополагающих принципов (их "очевидность", разумеется, также есть результат обобщения эмпирических процедур), из которых логическими преобразованиями "выводится" остальное научное знание.

Диалектика индуктивного и дедуктивного подхода может быть понята через иерархическую картину уровней исследования:

В рамках естественнонаучной методологии наука тем более развита, чем выше уровень слагающих ее теорий. Сегодня попытки создавать теории пятого уровня предпринимаются только физикой (в рамках квантовой теории поля). Самосогласованными и полными теориями четвертого уровня являются квантовая механика и статистическая физика, тем самым к данному уровню научного познания можно отнести физику и химию. Наук, достигших третьего уровня исследования, много, среди них встречаются и гуманитарные. Тем не менее, большинство современных научных дисциплин лежат на первом-втором уровне.

Иерархическая "уровневая" структура подразумевает, в частности, модельный характер естественных наук. В действительности, наиболее развитая из них - физика - имеет своим предметом не столько "объективную реальность", сколько связанные с ней более или менее сложным образом абстрактные модели, такие как "материальная точка", "абсолютно твердое тело", "идеальный газ", "точечный заряд". Иерархически организованы не только совокупности уровней естественнонаучного познания, но и усложняющиеся последовательности физических "моделей реальности". Во многих случаях физическая задача решается построением элементарной модели и соответствующей теории возмущений, позволяющей учесть (с любой наперед заданной, но конечной точностью) отклонение реальности от этой модели.

Всякая физическая модель содержит описание границ применимости и механизма ее естественного развития/усложнения.

Нередко сетования гуманитариев на "сложность" предмета исследования их науки связаны с неумением или нежеланием построить адекватную рабочую модель и разработать методы теории возмущений. Конечно, существуют и исключения. Так, структурная модель психики, предложенная З.Фрейдом, удовлетворяет всем требованиям естественнонаучной методологии.

Как правило, к естественнонаучной методологии относят еще три постулата, имеющих, скорее, философский характер. Принцип Оккама рекомендует "не создавать сущностей, сверх необходимых". Принцип актуализма утверждает, что законы природы не зависят от времени. Наконец, принцип фальфицируемости гласит, что на научный статус может претендовать только теория, которая допускает опытное опровержение.

Гуманитарное знание, несомненно, должно соотносится с этими постулатами. Однако в очень широком классе задач их априорное применение может привести к ошибкам и даже блокировать научное познание12.

Мыследеятельностная методология.

Практически важным частным случаем естественнонаучной методологии является рефлексивная или мыследеятельностная методология, предложенная во второй половине XX столетия философом и системологом Г.Щедровицким. По сути, мыследеятельностная методология есть смелая попытка перевести гуманитарное мышление на четвертый ("квантово-механический") уровень теоретического осмысления.

Подход Г.Щедровицкого состоит в четком противопоставлении деятельной и рефлективной позиции; мыследействие есть "зашнуровка" "фундаментальной" и "наблюдаемой" областей системы (или, в иных обозначениях, материального и информационного пространства).

Работая в формализме "фундаментального" и "наблюдаемого" пространств, методолог полагает, что связь между ними непрерывна, и воздействие идет как "туда", так и "обратно". За счет непрерывного отслеживания рефлективной позиции, "поправки", вызванные влиянием "наблюдаемой" области на "фундаментальную", учитываются на каждом "шаге" познания. В пределе длина шага стремится к нулю, "фундаментальная" и "наблюдаемая" области "сшиваются" ("зашнуровываются"), и теория выходит на четвертый уровень исследования.

Естественнонаучные "Туннели Реальности".

Термин "Туннель Реальности" носит гуманитарное происхождение. Он принадлежит Р.Уилсону, автору книги "Психология эволюции". Под "Туннелем Реальности" понимается присоединенное семиотическое пространство, индивидуальная Вселенная, или, иначе говоря, гомоморфная модель мира, в которой существует сознание данного человека. Представляя собой совокупность накопленных знаний и убеждений, "Туннель Реальности" обеспечивает личности комфортное существование и повышает ее входное информационное сопротивление: приходящая информация объявляется ложной, если она противоречит "Туннелю Реальности" и избыточной, когда она с ним соотносится.

Естественные науки построили несколько развитых самосогласованных "Туннелей Реальности", понимание структуры которых необходимо в междисциплинарных исследованиях. Кратко охарактеризуем эти туннели.

Ньютоновский или детерминистский (он же механистический) "Туннель Реальности" представляет собой квинтэссенцию естественнонаучной методологии. Вселенная состоит из частиц и полей. Пространство однородно и изотропно, время однородно. Все часы во Вселенной могут быть синхронизированы (то есть, существует бесконечно быстрый сигнал). Длина и промежуток времени одинаковы во всех "разумных" (в данном случае - инерциальных) системах отсчета. Эволюция системы однозначно определяется ее исходным состоянием и (теоретически) может быть вычислена до конца, "свобода воли" отсутствует. Сохраняется импульс, момент импульса, полная энергия. Энтропия замкнутой системы возрастает со временем, поэтому рано или поздно любая замкнутая система приходит к равновесию.

По недоразумению большинство гуманитариев считает детерминистский "Туннель Реальности" единственным естественнонаучным. Тем не менее, даже возможности этого Туннеля используются недостаточно широко. Так, только в последние годы начали разрабатываться модели, позволяющие описывать механику и термодинамику социальных систем.

Релятивистский "Туннель Реальности" был создан А.Эйнштейном. В нем всякое взаимодействие является близкодействием, то есть - распространяется через посредника, скорость которого ограничена скоростью света. Скорость света, размерная константа, связывающая пространство и время, представляет собой релятивистский инвариант: она не зависит от системы отсчета. Это приводит к невозможности одновременно синхронизировать время во Вселенной (иными словами, часы в "движущейся" системе идут иначе, чем в "неподвижной" относительно исследователя). Длина объекта и промежуток времени между событиями становятся относительными величинами, в то же время возникает новый инвариант - интервал, составленный из длины и времени.

При обобщении релятивистского "Туннеля Реальности" пространство и время теряет свои "ньютоновские свойства": геометрия пространства начинает зависеть от распределения материи в этом пространстве. По Дж.Уиллеру: "Пространство указывает материи, как двигаться, материя указывает пространству как искривляться".

Релятивистский "Туннель Реальности" (в том числе обобщенный) хорошо приспособлен для анализа таких гуманитарных задач как "поведение человека в сильных информационных полях", "межличностное взаимодействие", "распространение слухов" и т.п. К сожалению, на практике релятивистская картина мира гуманитариями не используется. На сегодняшний день отсутствует гуманитарная семантика, адекватная физическому релятивизму, и, следовательно, литературные тексты, отображающие особенности данной картины мира.

Значительно больше "повезло" "Туннелю Реальности", построенному И.Пригожиным в связи с созданием термодинамики неравновесных систем. Пригожинская картина мира подразумевает переход от "ньютоновского времени", однородного и измеряемого через периодические процессы, к "динамическому времени", определяемому через создание/уничтожение инноваций в системе.

Пригожинский "Тоннель Реальности" описывает "антиэнтропийные" процессы в сложных неравновесных системах, вводит механизм "автокатализа" и связывает реальные явления природы с математическим парадоксом бесконечной рекурсии: для того, чтобы получить Х, надо иметь Х.

Данный "Туннель Реальности" широко используется в современных гуманитарных и междисциплинарных исследованиях под названием "синергетического". К несчастью, большая доля синергетиков абсолютно не разбираются в работах Пригожина (некоторые из них даже всерьез полагают, что живые системы нарушают второе начало термодинамики). В результате, сегодня слово "синергетика" нередко используется для обозначения странных и бессмысленных исследований "религиозно-метафизического" толка.

Наиболее сложным из апробированных естественнонаучных "Туннелей Реальности" является квантово-механический. Современная квантовая механика является логическим, математическим и физическим обоснованием ранних представлений о корпускулярно-волновом дуализме. Она исходит из принципиальной квантованности (дискретности) физических величин, постулирует их некоммутативность (что, в частности, приводит к соотношению неопределенностей - невозможности одновременно измерить координату и импульс частицы, а также к фундаментальному влиянию, которое наблюдатель оказывает на изучаемую им систему). Для квантовой механики основополагающим понятием служит волновая функция, представляющая собой амплитуду вероятности нахождения данного объекта в данном месте фазового пространства. Эволюция волновой функции детерминирована, эволюция же объекта - лишь вероятностна, и классическая траектория есть "линия наибольшей вероятности".

Квантово-механический Туннель очень сложен и не допускает наглядной интерпретации. На сегодняшний день отсутствуют механизмы его внятного описания на каком-либо языке, кроме математического. Создание такого описания - одна из наиболее фундаментальных междисциплинарных задач.

Отметим, что квантовый подход допускает простое обобщение на теоретическую историю; мыследеятельностная методология, как уже отмечалось, также носит квантовый характер.

В настоящее время в физике создается исключительно сложный теоретико-полевой "Туннель Реальности", являющийся предельным развитием квантово-механического. Семантика этого Туннеля, возможно, допускает решение не только сложных гуманитарных, но и трансцендентных задач.

II. Воздействие гуманитарного знания на сферу естественных наук.

"Гуманитарные границы".

Применим естественнонаучную методологию "уровней исследования" к стоящей перед нами "задаче междисциплинарности". Разбив единое исследование на "фундаментальную естественнонаучную" и "наблюдаемую гуманитарную" составляющие и постулировав приоритет естественных наук, мы автоматически относим построенную нами модель междисциплинарного взаимодействия к третьему уровню исследования. Естественным и необходимым следующим шагом является если не "зашнуровка" (для которой нет достаточного объема наработок), то, во всяком случае, учет "обратного воздействия" гуманитарной сферы на естественнонаучную.

Представляется логичным начать с определения гуманитарных границ естественнонаучных исследований. Речь идет, разумеется, о проверке соответствия естественнонаучных результатов и надежно установленных гуманитариями опытных фактов13.

Так, "классическая историческая хронология" опирается на огромное количество надежно установленных "реперных" фактов". Поэтому "альтернативная модель Фоменко", при всей оригинальности естественнонаучных методов, используемых ее автором14, должна быть отвергнута без рассмотрения. "Принцип школьной грамотности", о котором говорилось в первой части статьи, действует в обе стороны.

Далее, настолько, насколько естественники уверены в единстве физической картины Вселенной, настолько же гуманитарии убеждены в единстве экзистенциальной картины Вселенной. Иными словами, у нас равные гносеологические обоснования считать Вселенную физически однородной и изотропной (на чем настаивают "естественники") и дружественной к каждому носителю разума, этически анизотропной (что является убеждением гуманитариев).

То есть, антропный принцип также действует в обе стороны: Человек таков, потому что такова Вселенная, но Вселенная такова, потому что таков Человек.

Естественные науки методологически атеистичны, гуманитарные же более или менее настойчиво постулируют существование Бога. Но согласно принципу относительности, результат исследований не должен зависеть от философской калибровки. Это означает не только необходимость для гуманитария уметь формулировать и обосновывать свои модели в рамках атеистической картины мира, но и обязанность для естественника согласовывать свои научные представления с существованием Бога, этической анизотропией Вселенной и существованием универсальной этики (разумеется, релятивистской, то есть, определенным образом преобразующейся при переходе от одной концептуальной системы к другой).

Весьма важным представляется следующее противоречие. В рамках естественнонаучной методологии человек безусловно смертен. В рамках гуманитарного подхода он столь же безусловно бессмертен. Гуманитарные науки (а, равным образом, религиозное трансцендентное познание) разрешают это противоречие через дуализм физического тела и бессмертной сущности - души. Естественники игнорируют "парадокс бессмертия", хотя регулярно встречаются с ним в очень разнообразных обличиях15.

Разрешение "парадокса бессмертия", вероятно, лежит на пути развития теории информации. Духовной субстанции гуманитариев будет соответствовать некая информационная сущность (носитель разума смертен физически/телесно, но бессмертен информационно/духовно).

Продвижение в этом направлении тормозится неадекватностью физического определения информации как меры порядка в системе (негэнтропии). Это определение "работает" для очень узкого круга термодинамических задач и совершенно не пригодно для описания сколько-нибудь сложных информационных систем16. Таким образом, мы должны сформулировать важную междисциплинарную задачу переопределения понятия информации.

Гуманитарный эмпиризм.

Естественная наука с характерным для нее стремлением к точным "абсолютным" формулировкам превратила некоторую часть совокупного исторического знания в законы природы. При всей фундаментальности этих законов следует иметь в виду, что в них "содержится только то, что в них содержится". Иными словами, "закон сохранения энергии" обозначает определенный опытный факт: "вечные двигатели" первого рода не работают. Не более, но, конечно, и не менее17.

Рассмотрим в этой связи астрологию. Не только физики и другие естественники, но и уважающие себя гуманитарии относят ее к "типичным лженаукам". Между тем, астрология существует не менее 4.000 лет. Следовательно, данной дисциплиной накоплен столь значительный объем опытного материала, что к ее выводам следует относиться серьезно. Разумный анализ (выполненный в рамках естественнонаучной методологии) позволит выявить "астрологические законы" и определить характер их действия и границы применимости.

Резкое отторжение астрологического знания вызвано историческими причинами, а также отсутствием внятного механизма "астрологического взаимодействия". (В свое время по похожим мотивам была отвергнута и на несколько десятилетий "сдана в архив" модель дрейфа материков, предложенная А.Вегенером). Кстати, "спроектировать" модель такого механизма нетрудно. Скорее всего, астрология представляет собой форму "утилизации" знаний человечества о глобальных ритмах развития: звезды и планеты играют роль "часов" позволяющих анализировать эти ритмы и интерпретировать их - эмпирически, метафорически или мифологически.

На аналогичном основании (ну, не понимаем мы механизма взаимодействия!) классическая медицина долгое время отвергала гомеопатию и аккупунктурное программирование. По сей день медики категорически настаивают на "вредности" употребления любых форм алкоголя, хотя обратная корреляция между употреблением населением сухого красного вина и заболеваемостью сердечно-сосудистыми заболеваниями является статистически достоверной. Но, может быть, более важными являются свидетельства историков, согласно которым появление виноделия всегда сопровождается расцветом культуры, в то время как краткие периоды "сухого закона" в тех или иных государствах неизменно приводили к упадку.

Лишь в последние десятилетия начала складываться тенденция серьезного отношения к мифологии и мифологической информации ("гуманитарная" форма аккумуляции эмпирического знания человечества).

Антипричинность.

Важным достижением гуманитарного познания является принцип антипричинности, дополнительный к естественнонаучному постулату причинности. Если последний утверждает, что лишь прошлое способно влиять на будущее (физическое время принципиально однонаправлено), то первый указывает, что существует и обратное влияние, более того, в каких-то случаях оно может быть определяющим (историческое и психологическое время нелинейно и может обретать цикличную форму)18.

Проще всего понять антипричинность, как предвидение. "Результаты моего действия сегодня приведут к нежелательным последствиям завтра. Поскольку эти последствия меня не устраивают, я не совершаю действия". Речь идет о формальной обратной связи между абсолютным будущим и настоящим, причем механизмом такой обратной связи является разум, способный существовать вне фиксированной точки, именуемой настоящим.

Постулат антипричинности указывает, что "информация" (речь идет, разумеется, не о скалярной физической информации, но о сложном структурном объекте, ассоциированным с понятиями "разума", "креативности" и пр.) может распространяться против оси времени.

Гуманитарные методологии.

Гуманитарное познание, в отличие от естественнонаучного, не выработало сколько-нибудь целостной методологии научного исследования. Тем более ценными представляются те разрозненные гуманитарные "техники", которые удается выделить и отрефлектировать.

На наш взгляд, важнейшим методологическим достижением гуманитарного познания является обнаружение неустранимого противоречия между текстом и мыслью, иными словами - между семантикой (формой) и когнитивными матрицами (сущностью) научного исследования.

Естественные науки предприняли попытку избежать "семантической ловушки", построив для своих нужд искусственный конвенциональный язык, в котором значения терминов фиксированы. Предельным выражением такого языка является математический аппарат. Необходимо, однако, вспомнить известное высказывание Эддингтона: "Математика говорит об объекте либо слишком много, либо слишком мало, но никогда не описывает его адекватно".

Формальная "научная семантика" не вполне пригодна для описания природных процессов, поскольку носит сугубо модельный характер. Причем, в отличие от всех остальных естественнонаучных моделей данная модель не рефлектируется в процессе исследования: ее границы применимости неясны, ее пути развития неизвестны. В этой связи приходится сделать вывод, что естественнонаучные смыслы семантически неустойчивы19.

Поучительно наблюдать, с какой готовностью гуманитарии используют малейшую возможность для перехода на "птичий язык". Методологически оправдана, однако, совершенно противоположная тенденция: возврат (в том числе и в естественнонаучном познании) к естественным понятийным системам, гуманизация языка, рефлексивная "зашнуровка" семантической ловушки.

Анализируя противоречие между текстом и мыслью, гуманитарное знание сумело построить ряд коммуникативных приемов, из которых наиболее развита техника нейро-лингвистического программирования (НЛП).

НЛП учит точности в словоупотреблении и фразеологии. Особое внимание уделяется правильному использованию кванторов: "все", "любой", "никогда" и т.п. Несколько упрощая, можно сказать, что эта техника предлагает способ "выпрямления языка", альтернативный переходу к искусственной научной семантике.

Вместо концепции единого "научного языка" мы приходим к представлению о совокупности языков, каждый из которых оптимизирован под конкретную задачу. В этой парадигме НЛП играет роль "универсального переводчика", согласующего неформализованные семантические системы.

Нейро-лингвистическое программирование является "технологией двойного применения": оно может быть использовано как непосредственно в исследовании, обеспечивая дисциплину мысли (mind order), так и в информационном обмене между учеными, поддерживая дисциплину сообщения (message order).

Одной из важнейших междисциплинарных задач является, на сегодняшний день, создание системы Протоколов общения, оптимизирующих процессы распаковки, трансляции и присоединения смыслов. Примером "записи" довольно простого Протокола общения является конфликтология.

Современная методология проектирования выделяет три основных коммуникативных уровня, каждый из которых порождает свой класс Протоколов. "Внизу" находится уровень отдельных научных дисциплин (теоретических и прикладных), выше лежит междисциплинарный концептуальный уровень, еще выше - уровень междисциплинарного (целеполагающего) синтеза. Одной из проблем проектирования является отсутствие вертикальной мобильности: уровни отделены друг от друга не только административными, но и семантическими барьерами20.

В рамках "протокольной технологии" первому уровню соответствуют конфликтологические и подобные им Протоколы общения. На втором уровне должны применяться трансляционные и системные Протоколы, наконец, семантика уровня целеполагающего синтеза определяется метафорическими Протоколами.

Гуманитарный подход к проблеме адекватности языка описания был обобщен В.Налимовым21, который ввел в обиход фундаментальное понятие семантического спектра. В узком смысле этот термин обозначает совокупность всех значений того или иного слова. В широком - меру неоднозначности при любых преобразованиях семантического пространства.

Понятно, что можно говорить о спектре не отдельных слов, но согласованных мыслеконструкций. На этом пути удалось сформулировать три важнейших закона:

На практике последнее утверждение означает, что языковая среда может играть в науке ту же роль, которую играет математический аппарат22.

Другой полезной гуманитарной техникой является аспектоника А.Аугустинавичюте. Данная модель, первоначально созданная для решения бытовых коммуникативных проблем, постулировала векторный (аспектный) характер информации.

А.Аугустинавичюте использовала дихотомическое деление информационных аспектов на статические/динамические, внутренние/внешние, объектные/полевые. Ею был построен информационный базис описания объекта/процесса/явления через форму (внешнюю статику тела), сущность (внутреннюю статику тела), движение (внешнюю динамику тела), развитие (внутреннюю динамику тела), пространство (внешнюю динамику поля), время (внутреннюю динамику поля), причинность (внешнюю статику поля), случайность (внутреннюю статику поля), и показано, что аспекты, отличающиеся по критерию "внешнее/внутреннее", связаны соотношением неопределенности.

Аспектоника, задавая естественную метрику информационного пространства, позволяет построить весьма важный соционический Протокол общения, регулирующий коммуникацию между информационными системами с различной преимущественной аспектностью. Это, в частности, позволяет автоматически переходить от феноменологии (первый уровень исследования) к системной феноменологии (второй уровень).

К второй части

Сноски

1. Еще в середине XX веке Л. фон Берталанфи высказывал обоснованные, но не оправдавшиеся надежды на возрождение "умершей в младенчестве" политэкономии и скорое создание ряда экономических технологий.[Назад]

2. Подробнее об уровнях теоретического осмысления рассказано ниже. Если проводить аналогии с физической механикой, то к уровню феноменологии относится модель движения Буридана, а к системной - работы Галилея. В теории электромагнетизма феноменология - это первые опыты Гальвани с лягушечьими лапками, а системная феноменология - законы Кулона, Ома, Ампера, Био-Савара-Лапласа. В химии на первом уровне находится представление о существовании элементов, на втором - различные "доменделеевские" механизмы взаимодействия химических веществ. [Назад]

3. См. С.Переслегин, А.Столяров, Н.Ютанов "О механике цивилизаций". "Наука и технология в России", № 7 (51), 2001 г. - 1 (52), 2002 г [Назад]

4. Точнее, - относительно того, что эта специфика носит качественный характер. Разумеется, социальные системы намного сложнее своих механических аналогов. Часто речь может идти о различии в классе: в рамках поставленной задачи социальные системы приходится рассматривать как хаотические, а не аналитические (о классификации систем подробнее смотри в разделе III). Современное естественнонаучное знание умеет работать с такими системами. [Назад]

5. Небольшой "междисциплинарный" пример, правда, относящийся к области взаимодействия различных естественных наук: "Несколько лет назад в Палеонтологическом институте Академии Наук, где я имею честь работать, проходила научная конференция, посвященная климатам прошлого. Присутствовал весь цвет отечественной палеонтологии (а поскольку в этой области Россия, как ни странно, продолжает оставаться одним из признанных лидеров, - то и мировой, соответственно, тоже). При разработке представленных на ней палеоклиматических реконструкций были мобилизованы все возможности современной науки - от тончайшего геохимического и радиоизотопного анализа до новейших методов компьютерного моделирования. Когда дело дошло до обсуждения докладов, на трибуну вышел профессор N, известный едкостью своих оценок, и начал так:

- Губокоуважаемые коллеги! Я категорически настаиваю на том, что Земля круглая. (Легкий шум в зале.) Я настаиваю также на том, что Земля вертится, а ось ее вращения наклонена относительно плоскости эклиптики. Из этих трех обстоятельств следует, как вам должно быть известно из курса географии для шестого класса средней школы, существование экваториально-полярного температурного градиента, западного переноса в атмосфере и смены времен года. (Шум в зале сменяется полной тишиной.) Так вот, обращаю ваше внимание на то, что в подавляющем большинстве из представленных здесь палеоклиматических реконструкций нарушается по меньшей мере одно из этих исходных условий..." (К.Еськов "История Земли и жизни на ней". М., 2000) [Назад]

6. Здесь требуется особая осторожность. Дело в том, что вопреки мнению большинства людей (в том числе, большинства физиков) специальная теория относительности не запрещает сверхсветовое движение. Она лишь требует, чтобы скорость света была инвариантом, то есть не зависела от выбора инерциальной системы отсчета. Теоретически можно представить себе Вселенную, где скорость света представляет собой инвариант, но не предел. Подобные механизмы описаны, другой вопрос, что в нашей Вселенной они, по-видимому, не реализуются. Тем не менее, ученый вправе отказаться от принципа предельности скорости света, при условии, что сохраняется релятивистская инвариантность. Такая работа будет, скорее всего, ошибочной, но ее нельзя априори причислять к лженаучным. (Заметим в скобках, что людей, способных предложить корректную схему, в которой скорость света была бы инвариантом, но не пределом, мало даже среди физиков). [Назад]

7. Постоянная Больцмана относится к так называемым "размерным константам". Исторически физики измеряли энергию в джоулях, а температуру в кельвинах. Численные значения единицы энергии и единицы температуры были, разумеется, совершенно случайны. (Джоуль строится из килограммов, метров и секунд, где метр - доля длины Парижского меридиана, секунда - часть тропического года, а килограмм - масса платино-иридиевого стержня, хранящегося в Палате Мер и Весов; кельвин же численно равен сотой доле температурного интервала между таянием льда и кипением воды при нормальных условиях). По мере развития физики выяснилось, что температура есть мера внутренней энергии, иными словами, эти физические величины, ранее считавшиеся независимыми, на самом деле связаны. Постоянная Больцмана и связывает энергию и температуру между собой. Для того, чтобы ее изменить, достаточно договориться отныне измерять температуру или энергию в других единицах, но, разумеется, никакого физического смысла в таком изменении не будет. Сказанное относится к любым размерным константам: они все конвенциальны по своему происхождению. А вот безразмерные величины, такие, как постоянная тонкой структуры, могли бы меняться, но, по современным представлениям, даже минимальный их сдвиг приведет к исчезновению не только белковой жизни, но и звезд. [Назад]

8. В одном серьезном методологическом исследовании, посвященном российской инновационной стратегии, авторы анализировали зависимости некоторых существенных с их точки зрения экономических характеристик от отрасли промышленности. Исходной базой анализа служил опрос, результаты которого были обработаны статистически". Из тринадцати областей промышленности для пяти статистика была построена по одному реципиенту, для двух - по трем реципиентам. Наиболее представительной оказалась статистика по черной металлургии - целых 12 реципиентов…[Назад]

9. Заметим в этой связи, что претензии гуманитариев на некую "особость" их предмета исследований восходит ко времени создания механики Ньютона. Еще и теперь нерадивые выпускники школ полагают, что к системе "телега плюс лошадь" нельзя применить третий закон Ньютона, поскольку "лошадь - это живой организм". [Назад]

10. Во всем здании классической физики неизмеримой является лишь энтропия системы (эта величина вычисляется). [Назад]

11. Система отсчета - это совокупность "начала отсчета", координатной системы и набора эталонов. [Назад]

12. Рассмотрим, например, задачу выбора между гео- и гелиоцентрической системой мира. Если применить принцип Оккама непосредственно, то концепция, согласно которой Земля двигается вокруг Солнца (в то время как непосредственно видно, что Солнце двигается вокруг Земли) есть создание новой "фундаментальной" сущности. Для такого шага нет оснований, и он прямо запрещен принципом Оккама. Другой вопрос, что подробное изучение движения небесных тел приводит нас к выводу, что гелиоцентрическая модель содержит меньше эпициклов и позволяет вычислять положение планет с меньшими затратами сил и времени. Это, несомненно, основание для перехода к гелиоцентрической модели мира, однако, появилось оно апостериори - в ходе развития модели, само создание которой формально запрещено. Заметим также, что ни гео- ни гелиоцентрическая система принципиально не фальсифицируемы. [Назад]

13. В среде ученых-естественников проявляется тенденция к недооценке значимости гуманитарного опытного знания. Между тем, оно имеют столь же надежное обоснование, как и законы термодинамики - является "обобщением многовекового опыта существования человечества". [Назад]

14. Речь идет, конечно, о первых работах Фоменко, в которых автор изучал статистические соответствия между группами текстов, относящихся к ранней истории Древнего Египта. Эти исследования, по-видимому, были ошибочными, но их нельзя было отнести к лженаучным. Современная "фоменкология" никак не соотносится с научным познанием - ни с естественным, ни с гуманитарным. [Назад]

15. Можно показать связь проблемы смертности/бессмертности наблюдателя с целым рядом парадоксов квантовой механики (в частности, с парадоксом Шредингера). [Назад]

16. Физическая информация скалярна, в то время как информация в психологии, социологии, разведке (как одной из форм человеческой деятельности, изоморфной познанию) носит векторный характер. [Назад]

17. В современной семантике закон сохранения энергии считается следствием однородности времени (связь между этими формулировками устанавливается теоремой Нетер). Но наша уверенность в однородности времени основана, прежде всего, на законе сохранения энергии - иными словами как раз на том опытном факте, что вечные двигатели первого рода не работают. [Назад]

18. Заметим в этой связи, что мифологическое время почти всегда циклично. [Назад]

19.Общеизвестно, что формальный "научный язык" абсолютно непригоден для бытового общения. В сборнике "Физики продолжают шутить", созданном в начале 1960-х годов, приведен диалог между пятилетней девочкой, говорящей на естественном языке, и ее отцом, который отвечает ей на языке науки:

- Папа, сахар кончился.

- Отсутствие белого кристаллического моносахарида уже отмечалось некоторое время назад мамой. В настоящий момент его доставляют из помещения кухни, где указанный моносахарид хранится в специальном герметическом контейнере…

Понимая, что в терминах научной семантики невозможно разрешить обычные коммуникативные задачи, специалисты, тем не менее, убеждены, что такая семантика позволяет приемлемо описывать сложнейшие явления природы и общества. Воистину, чуду подобен разум ученого! [Назад]

20. Из выступления Кургиняна С.Е. "Концепт - проект - субъект. Интеллектуальная культура субъектно-проектной деятельности и ее практика в современных условиях". Доклад на "круглом столе" Росбалта, 30.06.2002 г. [Назад]

21. В.Налимов. "Спонтанность сознания". М., 1986 [Назад]

22.Гуманитарные науки серьезно относятся к понятию метафоры, называя ее "скорописью мысли" (П.Г.Щедровицкий). В естественных науках "скорописью мысли" служат математические формулы. В этом смысле метафорический текст есть аналог формально-символического текста: "формула - это метафора". [Назад]

[наверх]


© 2002 Р.А. Исмаилов

Rambler's Top100 Service Наш Питер. Рейтинг сайтов.