На главную страницу

К рубрикатору «Эссе и статьи Переслегина»

Сменить цвет

Выход (FAQ и настройки цвета)


С.Б. Переслегин

Бактериологическое оружие для Саддама Хуссейна

- 1 -

9 октября 2002 года европейская цивилизация оставила еще одну стратегическую позицию, завоеванную во второй половине XX столетия сосредоточенными усилиями государств-членов ООН. В этот день началась подготовка к вакцинации населения Великобритании против вируса оспы1. Обязательную вакцинацию должны пройти медицинские работники страны, одновременно на территории Королевства развертывается инфраструктура массового оспопрививания "на случай многочисленных вспышек заболевания".

Говоря словами героя Джерома К. Джерома, оспа – "страшный бич рода человеческого еще в Средние Века". Первые, точно идентифицируемые, летописные сведения об этом заболевании датируются XIII веком (в России – XV). В течение последующих столетий оспа принимала посильное участие в "регулировании" численности населения средневековых государств, уступая по "демографической эффективности" только чуме.

Как известно, натуральная оспа вызывается фильтрующимся вирусом, соответственно, антибиотики не способны остановить развитие этого заболевания. От него вообще нет этиотропных (специфических) средств2, проводится симптоматическое лечение, при этом умирает около трети заболевших. Это "в среднем". Потому что стертые формы практически не приводят к смертным исходам, а при геморрагической ("пурпурной" или "черной") оспе выживает едва лишь каждый десятый3.

Вне всякой зависимости от формы, переболевшие приобретают стойкий иммунитет и, как правило, уродующие оспенные шрамы.

Когда Дженнер в 1796 г. создал первую в истории вакцину, в борьбе с оспой произошел перелом. Оспопрививание распространялось довольно медленно: еще в конце XIX века в России ежегодно регистрировалось порядка 100.000 заболевших. Обязательная вакцинация была осуществлена декретом советской власти 1919 г. за подписью В. Ленина

В конце 1940-х годов оспа была практически ликвидирована в развитых странах, что ослабило требования к вакцинации. Однако территория Африки и Латинской Америки оставались природным резервуаром заболевания, и при возросших скоростях перемещения людей между странами и континентами вирусы оспы регулярно заносился в Европу, США, Канаду, что всякий раз приводило к смертным случаям.

- 2 -

В этих условиях советский представитель в ВОЗ предложил (1958 г.) масштабную программу ликвидации вируса оспы, как биологического вида. Для этого было необходимо и достаточно вакцинировать одно поколение людей, живущих на земле. Но – все, поголовно. Не пропуская ни одной африканской деревни, ни одной религиозной общины, укрывшейся от цивилизации в латиноамериканских джунглях.

В 1967 г. бюрократический аппарат ВОЗ, наконец, принял решение, выделил необходимые финансовые средства (речь шла о миллиардах доз вакцины, о сотнях тысяч врачей и медсестер), и война с оспой вступила в решительную стадию.

В 1971 г. оспа была ликвидирована в Южной Америке, в 1975 г. – в Африке. В середине 1970-х ВОЗ установила денежные премии за подтвержденное сообщение о любом случае заболевания оспой в какой бы то ни было точке земного шара. Величина премии постепенно повышалась, достигнув к рубежу десятилетий таких величин, которые заставили бы бежать в ближайшее отделение ВОЗ, бросив все прочие дела, преуспевающего бизнесмена из США, не то что африканского крестьянина или индийского ремесленника. Но после 26 октября 1977 года (Сомали, последний зарегистрированный случай "природной" оспы) никто не обращался за ооновскими долларами. В мае 1980 года завершила свою работу международная комиссия по сертификации ликвидации оспы, и ВОЗ официально заявила, что отныне оспопрививание не является обязательным, поскольку природных очагов оспы больше не существует.

Может быть, из всех успехов человеческой цивилизации этот является наиболее впечатляющим. Во всяком случае, он касался большего числа людей, нежели создание реактивной пассажирской авиации, высадка на Луне, или, например, создание мировой телефонной сети.

После 1980 года живые культуры вируса оспы остались в нескольких эпидемиологических лабораториях – в США, СССР, Великобритании, Германии. За прошедшие десятилетия было несколько случаев утечки вируса, не приведших к социально значимым последствиям, хотя и послуживших причиной нескольких смертей.

Количество оспенного материала постепенно уменьшалось, и в 1999 г. было принято решение об его полном уничтожении – решение, заставляющее вспомнить известное высказывание Наполеона:

"Это – хуже чем преступление. Это – ошибка".

Впрочем, надо полагать, она не была сделана. Профессиональные эпидемиологи прекрасно понимали недопустимость такого шага, а, в конце концов, "де факто" уничтожить культуры могли только они: никакие "контролирующие инстанции" не способны отличить культуру натуральной оспы от ветряной. Я склонен считать, что по сей день вирус натуральной оспы сохраняется в научных лабораториях ведущих мировых держав. Не для создания биологического оружия, не "на всякий случай", а просто как материал, необходимый в исследовательской работе. Само собой разумеется, что в этих лабораториях к нему относятся с той степенью осторожности и почтительности, которую требует биологический объект, сравнимый по своим возможностям с нейтронной бомбой.

- 3 -

Меры, принятые главным санитарным врачом Великобритании Лайемом Дональдсоном, свидетельствуют, что возникла вполне реальная угроза возвращения оспенной инфекции – причем, не где-нибудь в Центральной Африке, но в той стране, в которой болезнь была ликвидирована впервые.

В этой связи весьма показательно заявление Министерства Здравоохранения Великобритании, в котором утверждается, что угроза биологической атаки, отнюдь, не возросла. Но, помилуйте, уже более двадцати лет эта угроза считается нулевой!

Законопослушные британцы, разумеется, связывают подготовку к массовой вакцинации с опасностью, исходящей от секретных лабораторий Ирака, террористов "Аль-Каеды" и лично товарищей Саддама Хуссейна и Бен Ладена. Так прямо и заявляется, "военные инспекторы ООН и разведка США обнаружили свидетельства того, что в арсенале Ирака может иметься вирус оспы".

Ну, во-первых, интересно, какие такие "свидетельства"? Нет, я не прошу раскрывать передо мной военные тайны, мне лишь хотелось бы, чтобы кто-нибудь внятно объяснил, как можно в принципе обнаружить "свидетельства возможности" чего бы то ни было. Чисто лингвистически это – нонсенс.

Абсолютное большинство населения имеет весьма смутные и легендарные представления о биологическом оружии. Предполагается, что в арсенале крупнейших мировых держав "кишмя кишит" культур чумы, холеры, бешенства, туляремии, натуральной оспы, геморроргических лихорадок (в комплекте), сапа и бруцеллеза. Интересно, как вообще обыватель себе это представляет?

Хранение живых культур само по себе – трудная задача, требующая квалифицированных специалистов и дорогостоящего оборудования. Дело это небезопасное, что свидетельствуют хотя бы случаи утечки тщательно охраняемого вируса оспы. Но хранящиеся "на институтских полках" культуры – это еще не оружие, подготовленное к применению. Предположить же, что на военных базах хранятся реальные биологические боеприпасы с инфекциями нулевой группы опасности, значит очень сильно переоценивать аккуратность и дисциплинированность военных! Предотвратить случайное срабатывание ядерного оружия вполне возможно, хотя стоит такая система дороже самого ядерного оружия. Но предотвратить возможность утечки биологически активных компонент… Собственно, к бинарному химическому оружию пришлось перейти не под давлением международной общественности, а исключительно из соображений безопасности личного состава.

Понятно, что проблема безопасности подготовленного к применению бактериологического оружия разрешима. В принципе. Встает, однако, резонный вопрос – зачем?

- 4 -

Во Вторую Мировую войну японская армия в Китае много экспериментировала с бактериальными культурами (прежде всего, чумы). Однако, как реальное боевое средство биологическое оружие так и не было применено, хотя, понятно, в 1945 году японским генералам было не до морали и не до "международной общественности". Причина чрезвычайно проста – даже в условиях Китая, с его (в те годы) раннефеодальной системой здравоохранения это оружие оказалось неэффективным.

Вернее, его эффективность была совершенно непредсказуемой. Сброс боеприпаса с бактериальной культурой мог вызвать местную вспышку заболеваемости. Мог привести к локальной эпидемии. Мог вообще не возыметь действия. Кроме того, сразу же выяснилось, что войска значительно менее подвержены действию бактериологического оружия, нежели населения. И вдобавок, войска противников страдали от него практически в одинаковой степени. Или – в одинаковой степени не страдали.

Таким образом, использование бактериологического оружия в оперативно-тактическом масштабе исключалось (кроме применения его против окруженной и изолированной группировки войск противника, но подобная группировка в любом случае "не жилец"). Некоторое время всерьез рассматривалась схема использования биологического оружия как ОМП, то есть – против крупных городов противника. Сразу же выяснилось, однако, что для диверсионных актов в мирное время прогнозируемый эффект слишком велик и чреват войной, а для реального "апокалипсиса" ядерная боеголовка предпочтительнее4. И проблем с ее хранением меньше.

Разумеется, "на всякий случай" разработки по бактериологическому оружию продолжались, существовали лаборатории, надо думать, время от времени даже проводились какие-то натурные эксперименты с несмертельными инфекциями, но реального военного значения все это не имело. По крайней мере, с конца 1950-х годов.

- 5 -

Обстановка значительно изменилась с развитием новой формы войны – насыщающего террористического нападения5. Внегосударственная организация типа условной "Аль-Каеды" в ряде схем могла бы использовать бактериологическое оружие как диверсионное или стратегическое. Это обусловлено тем, что подобная организация не может иметь ядерного арсенала, сравнимого с арсеналом великих держав. Кроме того, она не боится ответного – притом именно ядерного – удара противника по своей территории, так как у нее нет своей территории. Иными словами, аргументация, которая привела военных к пониманию неадекватности бактериологического оружия, действительна для традиционных государств, но не для внегосударственных образований.

Тем самым, Бен Ладен (разумеется, "условный Бен Ладен") имеет мотив для применения бактериологического оружия и, в частности, вируса оспы, который подходит для этой цели как нельзя лучше. Но вот имеет ли он возможность?

В сегодняшнем мире можно найти несколько десятков тысяч ядерных боеголовок, сотни атомных электростанций. И – по теории – ни одной лаборатории, хранящей культуру вируса оспы. На практике их не менее четырех (Лондон, Кольцово, Франкфурт, Атланта), а, скорее всего, штук десять-пятнадцать. Что на несколько порядков меньше, нежели единиц хранения ядерных материалов. Конечно, приложив немереные усилия и заплатив огромные деньги, можно похитить или купить эту культуру (причем, всегда остаются шансы получить за эти деньги культуру ветрянки, тем более что проверить это можно будет только опытным путем), но стоит ли игра свеч? В конце концов, существует огромное количество опасных вирусов, имеющих свои природные резервуары. Получить их культуры намного дешевле.

Сразу же заметим, что в военных арсеналах ведущих держав оспы нет даже "на лабораторном уровне". Пока существовала всеобщая вакцинация, культивировать данный вирус, как вид оружия, было попросту глупо. После 1980 года это тоже не имело смысла: обе стороны пострадали бы от его применения в равной степени, а введение вакцинации в одной из стран вызвало бы немедленное возобновление ее и в других.

Мы можем с уверенностью сказать, что в военных арсеналах Ирака (а, равным образом, США, России, Великобритании, Китая…) нет оспенной культуры. В отличие, кстати, от штаммов сибирской язвы6.

Но в таком случае, что же означают мероприятия британских эпидемиологов? Конечно, нельзя исключить, что создается очередное идеологическое обоснование грядущей войны между США и Ираком (вчера индекс Доу-Джонса упал до 7.300, что может подтолкнуть правительство Дж. Буша к решительным действиям). Но, к сожалению, нельзя исключить и альтернативной возможности, куда менее приятной.

В прошлом Британия "прославилась" как наиболее неаккуратный хранитель опасного микробиологического материала. Безо всяких "террористов" и "иракских разведчиков", исключительно в силу некомпетентности лиц, отвечающих за биологическую безопасность, дважды происходила утечка вируса во внешнюю среду. Правительство Блэра не может признаться, что подобное ЧП повторилось в третий раз, тем более что оспенный материал в Великобритании был официально уничтожен еще в начале 1990-х годов.

Если предположение об утечке подтвердится, мир находится перед лицом опасности, куда более реальной, нежели астероиды, "глобальное потепление", Саддам Хуссейн или "Аль-Каеда".

Сноски

1. РБК. 09.10.2002, Лондон 20:51:41. [Назад]

2. Если не считать специфического противооспенного человеческого гамма-глобулина. Кроме того, антибиотики нередко оказываются эффективным средством лечения осложнений и вторичных инфекций, порождаемых оспой. [Назад]

3. При своевременном начале лечения в хорошо оборудованном стационаре показатель смертности составляет 50%. [Назад]

4. Тем более, что разрушение городов вызовет эпидемии в любом случае – нет никакой необходимости тратить ресурсы на то, чтобы возбуждать их искусственно. [Назад]

5. Смотри: С.Переслегин. "К оценке геополитического положения Европы". Звезда, 1998, № 12. [Назад]

6. Мы уже указывали, что использование сибироязвенных бактерий совершенно неперспективно для террористической деятельности. Однако это оружие позволяет надолго выводить из обращения обширные земельные участки и, с этой точки зрения, может быть применено в межгосударственной войне, как экономическое оружие. По мнению ФБР, известные "письма с белым порошком" - дело рук американского военного микробиолога, пытающегося обратить внимание "начальства" на наличие соответствующего фактора риска. [Назад]

[наверх]


© 2002 Р.А. Исмаилов

Rambler's Top100 Service Наш Питер. Рейтинг сайтов.